1Джеймс Херберт





    
    

Волшебство


    
    
    Вы верите в Волшебство? Я хочу сказать, в настоящее Волшебство, с большой буквы? Не вытаскивание кроликов из шляпы, не исчезновение разукрашенных блестками женщин, не пляшущие в воздухе серебряные сферы, а настоящее действо, не трюки, не иллюзии. Я имею в виду чары, колдовство - даже ворожбу, чернокнижие. Поврежденные конечности, заживающие за одну ночь, доверяющие людям звери, оживающие картины. Смутные тени, которых на самом деле нет. И еще многое, многое другое, но пока еще рано говорить об этом.
    Может быть - скорее всего - вы не верите. Может быть, верите наполовину. Или, может быть, хотите верить.
    Что-то вроде волшебства мне довелось узнать еще задолго до того, как мы сняли тот коттедж, - оно возникало из порошков и таблеток, которые мы принимали вместе с друзьями, но то были всего лишь галлюцинации. И весьма обрывочные. С настоящим же Волшебством я познакомился, когда мы приехали в Грэмери.
    И это было Доброе Волшебство.
    Однако все имеет свою оборотную сторону, и я обнаружил, что Доброе Волшебство не является исключением.
    Если хотите, если вам действительно хочется на время поверить - как в конце концов пришлось поверить мне, - я расскажу вам об этом.
    

Объявление


    
    Первой то объявление увидела Мидж. Она несколько недель просматривала разбитые по темам колонки в «Санди Таймс» и красным фломастером обводила самые интересные объявления о продаже недвижимости. Идея уехать из грязного города воодушевляла Мидж чуть больше, чем меня. Каждую неделю мне представлялось на рассмотрение множество красных кружков, и мы вместе читали отмеченные объявления, обсуждая достоинства и недостатки, выискивая то, что смогло бы нас устроить. Однако пока ничто не вызывало особого восторга.
    В то воскресенье для меня был приготовлен лишь один красный кружок. Коттедж. С прилегающим лесом, уединенный. Требует небольшого ремонта.
    «Ну и что в нем особенного?» - подумалось мне.
    - Эй, Мидж!
    Она была на кухне. Мы снимали квартиру в Лондоне, неподалеку от Баронс-Корт, - просторное помещение с высокими потолками и такой же высокой квартплатой, с множеством комнат, что позволяло Мидж заниматься своей живописью, а мне моей музыкой, не встречаясь без надобности друг с другом. Но иногда нам хотелось иметь что-то свое. Хотелось чего-нибудь «деревенского», хотя, как я уже сказал, у Мидж это желание было более жгучим, чем у меня.
    Она возникла в дверях, темноволосая, со светящимися, как у феи, глазами, пять футов и один дюйм сплошного очарования (во всяком случае, для меня, а я весьма привередлив).
    Я хлопнул газетой.
    - Всего одно?
    Мидж швырнула губку назад в раковину - мы только что закончили поздний (очень поздний) завтрак, - босыми ногами прошлепала к дивану, на котором развалился я, и опустилась на корточки, целомудренно обернув колени тонкой ночной рубашкой. Когда она заговорила, то смотрела не на меня, а на объявление.
    - Интересное только одно.
    Это меня озадачило.
    - Здесь не так уж много сказано. Обветшавший коттедж - вот и все. И где, черт побери, находится этот Кентрип?
    - Я посмотрела. Неподалеку от Бэнбери.
    Я не удержался от улыбки:
    - Вот как?
    - Это в Гемпшире.
    - Хорошо хоть там, а то я уже начал беспокоиться: порой у тебя вызывают интерес самые что ни на есть медвежьи углы.
    - В отдаленной части Гемпшира.
    - Такое возможно? - проворчал я.
    - Ты представляешь размеры Нью-Фореста?
    - Больше, чем Гайд-парк?
    - Да, побольше. Раз в сто.
    - И Кентрип находится в самой глуши.
    - Не совсем, но попотеешь, туда добираясь. - Она улыбнулась, и ее глаза стали совсем как у феи. - Не беспокойся, ты без особого труда сможешь возвращаться в Лондон на свои сеансы. Там практически отовсюду можно выехать на автостраду.
    Пришло время сказать вам, что я сеансный музыкант, один из той тихой породы, что зарабатывает себе на вольготную жизнь за кулисами поп-музыки, работая в студиях звукозаписи и время от времени подыгрывая заезжим артистам - обычно тем, чьи группы не смогли покинуть Штаты. Мой инструмент - гитара, моя музыка - ну, назовите как хотите: рок, поп, соул (я даже бренчал панк), немножко джаз и, когда удается, кое-что из легкой классики. Может быть, потом я расскажу об этом побольше.

Джеймс Херберт - Волшебный дом