1Дин Кунц





    
     Всяк виденья свои созерцает,
     Всяк расслышит особенный гимн,
     Душу всякого отягощает
     Грех несходный, грех, чуждый другим.
     Злое сонмище там разгулялось -
     Бесов злее не знает и ад.
     Но любовь, благостыня и жалость
     Также в душах заблудших гостят.
     Книга Печалей

Глава 1


     Стояла удивительно тихая, мертвая ночь. Переулок походил на пустынный безветренный берег, на который пришелся "глаз" торнадо: один ураган миновал, другой еще не начинался. В неподвижном воздухе висел легкий запах гари, но дыма нигде не было видно.
     Фрэнк Поллард очнулся. Он лежал ничком на холодном тротуаре, раскинув руки. Вставать не спешил: надо сперва разобраться, что с ним. Прищурился. Перед глазами колыхалось густое марево. Он глубоко вздохнул и поморщился от едкого запаха гари.
     Вокруг сгрудились тени - бесформенные, словно фигуры в балахонах. Постепенно марево перед глазами растаяло, но в тусклом желтоватом свете, падавшем сзади, Фрэнк ничего толком не разглядел. Даже большой мусорный бак неподалеку при этом сумеречном освещении сперва показался ему каким-то фантастическим сооружением, словно обломком неведомой цивилизации.
     Где он? Как он сюда попал? Ведь он потерял сознание лишь на несколько секунд - сердце колотилось, как будто он только что мчался, спасаясь от погони.
     Ветер и светлячки...
     Эти слова на миг вспыхнули в его мозгу. Фрэнк не понял, к чему они относятся. Он попытался собраться с мыслями, но в голове заворочалась тупая боль. Болело над правым глазом.
     Ветер и светлячки...
     Фрэнк тихо застонал.
     Из толпы теней между ним и мусорным баком выпрыгнула одна, гибкая и юркая. Маленькие, но яркие зеленые глазки взглянули на него с ледяным любопытством.
     Фрэнк в испуге вскочил на колени. Из груди вырвался сдавленный крик - будто глухо всхлипнул музыкальный инструмент.
     Зеленоглазый соглядатай прыснул в сторону. Кот. Самый обыкновенный черный кот.
     Фрэнк с трудом встал, но тут же споткнулся о какой-то предмет и чуть не упал. Нагнувшись, он осторожно потрогал то, что попало ему под ноги. Это была сумка из мягкой кожи, набитая до отказа и очень увесистая. Похоже это его багаж. Его или не его? Фрэнк взял сумку, добрел до мусорного бака и прислонился к ржавому металлу.
     Тут он огляделся. По сторонам переулка тянулись оштукатуренные жилые дома в два этажа. Во всех окнах темно. Машины жильцов расположились на крытых стоянках. На углу квартала горел фонарь. От него и разливалось это зловещее и загадочное желтое сияние, больше похожее на свет от газового рожка, чем от электрической лампочки. Фонарь стоял довольно далеко, и осмотреть переулок как следует не удавалось.
     Фрэнк перевел дух, сердце забилось ровнее. И вдруг его как током ударило: он же ничего про себя не помнит! Знает только, что его зовут Фрэнк Поллард, - и все. Сколько ему лет, где он живет, чем зарабатывает на жизнь, куда и зачем шел - все вылетело из памяти. От этого открытия у него перехватило горло, затем сердце вновь заколотилось, и он с шумом выдохнул воздух.
     Ветер и светлячки...
     Что же она значит, эта чертова фраза?
     Боль над правым глазом расползлась по всему лбу.
     Фрэнк лихорадочно озирался. Найти бы хоть какую-нибудь зацепку - знакомый предмет или вид, - чтобы вновь обрести себя в этом мире, от которого он так внезапно оказался отринут. Однако все вокруг оставалось чужим и безучастным. Тогда Фрэнк принялся рыться в памяти, отчаянно пытаясь вспомнить хоть что-нибудь о себе, но в памяти поселился мрак еще гуще того, что окутывал ночной переулок.
     Запах гари постепенно рассеялся. Теперь до Фрэнка долетал слабый, но тошнотворный смрад гниющих отбросов из мусорного бака. В представлении Фрэнка этот смрад связывался со смертью. Мысли о смерти вызвали у него смутное воспоминание, что за ним кто-то - или что-то - гонится и хочет его прикончить. Но кто этот преследователь и зачем ему дался Фрэнк, оставалось только гадать. Казалось, про погоню подсказал ему инстинкт, а не память о реальных событиях.
     Налетел короткий порыв ветра. И снова все стихло. Как будто мертвая ночь захотела раздышаться, ожить,

Дин Кунц - Гиблое место